Соня Джелли

Виктор Коровкин

Глава 5

О вреде алкоголя сказано много. Однако описанный выше случай спасения человека, а попутно и многообещающего писателя, позволяет уже не столь однозначно судить о свойствах этого продукта. Без ограничения общности можно сказать, что всегда важен контекст.

Не догадываясь о значимости контекста, Фрэнк проснулся достаточно рано. «Роберт прав, не надо делать резких телодвижений», - подумал он, глядя на рассыпанные на полу таблетки. Фрэнк аккуратно собрал их в бутылочку, которую присовокупил к прочему мусору, после чего спустился вниз.

Из телевизионных новостей Фрэнк узнал, что сегодня девятое марта. Восприняв это как должное, он подошел к зеркалу. Его взору предстало изможденное, основательно помятое и к тому же небритое лицо. В данный момент он не был готов ответить, что досаждало ему больше – головная боль или голодный желудок, но обе проблемы нуждались в безотлагательном решении. Что касается проблемы, так подкосившей его в последние дни, то, как ни странно, она не стояла на переднем плане. Похоже, что она была загнана куда-то вглубь, и Фрэнк стал воспринимать ее в качестве фона. По крайней мере, Фрэнк явно ощущал, что чувства его притупились. Возможно, это было как-то связано релаксацией после сильнейшего стресса, но не исключаются и последствия выпитого вчера. В любом случае, следует признать, что временная психологическая разгрузка была кстати.

Приведя себя в порядок, Фрэнк покинул дом. Он оделся так, как одеваются в начале марта, и поэтому не испытывал дискомфорта от еще прохладной погоды. Было странно, что ставшая уже привычной фигура Найтингейла отсутствовала в поле зрения. Нисколько не расстроенный этим фактом, Фрэнк сел в машину и впервые за последние полсуток задумался.

«Мне не надо делать резких телодвижений. Попробую адаптироваться к ситуации… с тем чтобы разобраться во всем… по мере возможности. Прав был я, говоря, что надо жить настоящим. Так и поступим. Что нужно человеку? Правильно – хлеба и зрелищ. Начнем с хлеба».

Фрэнк уже тронулся, когда в зеркало заднего вида он увидел Вильяма. «Вильям, мне очень жаль, но ты опоздал», - произнес Фрэнк и ускорил движение автомобиля.

– В первую очередь я должен вернуть долг, - сказал Фрэнк администратору «Санкт-Петербурга».

– Извините, мистер Бэйли, но вы ровным счетом ничего не должны. Мы рады приветствовать вас. Что будете заказывать? Борщ как обычно?

– Ядрена вошь! Я не хочу чувствовать себя должником. Позавчера к несчастью я не смог расплатиться, поэтому хотел бы сделать это сейчас.

Администратор внимательно посмотрел на Фрэнка, пытаясь понять, что заставляет того нести несусветную чушь.

– Мистер Бэйли, повторяю, вы ничего не должны. Прошу вас, присаживайтесь за ваш столик.

Фрэнк все понял. Он понял, что глупо говорить в марте о возврате долга, если долг будет сделан лишь в мае. «Забавно», - подумал Фрэнк, поглощая пищу с неимоверной скоростью, - «так можно назанимать кучу денег без какого-либо шанса быть принужденным к их возврату. Так сказать, кутнуть на всю катушку напоследок. Кое-кто на моем месте так бы и поступил. Кое-кто, но не я! Хорошо, я верну долг, когда все наладится. Если наладится. А если не наладится, то долг спишут по причине того, что должник еще не родился».

Перед уходом Фрэнк попробовал доверительно спросить администратора о наболевшем:

– Не попадали ли вы в ситуацию, когда вам начинает вдруг казаться, что сегодня уже было месяц назад?

Администратор хотел было сказать, что да, бывают иногда моменты, когда хочется расслабиться, но это происходит редко и уж точно не на работе, но в последний момент он передумал и ответил нейтрально:

– Боюсь, что не припомню такого случая.

Барабаня пальцами по рулю, Фрэнк пытался понять, что он имел в виду, говоря о зрелищах. Вместе с голодом исчезла и головная боль, так что Фрэнк чувствовал себя значительно лучше и был способен принять решение о том, что делать дальше.

«Если я буду зацикливаться, я сойду с ума. Надо просто развлечься. Я давно не был в Блэкпуле. Вот туда я и отправлюсь».

Весь путь до Блэкпула Фрэнк оставался сосредоточенным на дороге и думать одновременно о чем-либо еще был не в состоянии. И только при въезде в город на него нахлынули воспоминания молодости, когда он с друзьями впервые побывал здесь. Тогда он отправился сюда на уикенд, чтобы весело и беззаботно провести время. Собственно сейчас он оказался здесь с той же самой целью. Но сейчас и уикенд был неполноценный – всего лишь воскресенье, да и груз обстоятельств, давивший где-то за кадром, омрачал существование. Принимая во внимание грозящие ему юношество, а затем и детство, можно даже сказать, что это возвращение к истокам было преисполнено какой-то дьявольской символики. В прошлое свое пребывание в Блэкпуле, которое состоялось в один из летних месяцев, Фрэнк с азартом перепробовал огромное количество аттракционов, игр, пирожных и мороженых. Яркие юношеские впечатления были закреплены пробкой, в которую попал их автобус при выезде из Блэкпула. Сейчас все было иначе. Степенный Фрэнк брел по Плежа Бич, снисходительно глядя на стайки таких же подростков, каким когда-то он был и каким, быть может, ему еще предстоит стать. Красочный буклет приглашал Фрэнка посетить Зону Адреналина, боулинг центр, вообразить себя сельским жителем, отправившись на прогулку по Вудленд Гаднз, посостязаться на роликах. Это только начало списка возможных развлечений, который Фрэнк так и не дочитал до конца. Особо неповоротливые могли посозерцать красочное шоу на центральном Променаде или посидеть в баре. Несмотря на обилие соблазнов, Фрэнк по-прежнему безучастно брел в одном направлении. По необъяснимым причинам глаза его становились все более влажными. Он понял, что мысля традиционно, ему никогда не разрешить дилемму, сожалеть ли ему о прошедшей молодости, как это делают все нормальные люди, или сожалеть о том, что эта молодость наступит снова. Ясно, что только извращенный ум может всерьез рассматривать преимущества такого ненормального омоложения.

На этом месте размышления Фрэнка были прерванными радостными возгласами - рядом с ним какой-то молодой человек радовался какому-то выигрышу в какой-то игре. Внимание Фрэнка было привлечено сильным акцентом разговаривавших, и Фрэнк подошел поближе, чтобы узнать суть игры.

На небольшом столике молодой человек, говоривший с акцентом, как и тот, что выиграл, передвигал три горшочка, предварительно положив под один из них маленький шарик. Спустя некоторое время горшочки останавливались, и предлагалось угадать, под каким из них находится шарик. Если ты угадал и при этом сделал ставку, можешь рассчитывать на выигрыш. Вокруг столика не иссякала толпа участников и болельщиков. Фрэнк, как ни старался, не смог припомнить такой игры и остался понаблюдать. Когда-то ему объясняли, что в подобных играх значение имеет вероятность выигрыша. Иными словами, если не смотреть на горшочки вовсе, то вероятность выигрыша должна составить всего лишь одну треть, то есть в среднем один выигрыш на два проигрыша. Однако возможность наблюдать за передвижением горшочков, по мнению Фрэнка, должна была существенно повысить шансы на выигрыш. Еще Фрэнк понял, что выигрышу способствует определенная тренировка, иначе как объяснить, почему выигрывали, как правило, молодые люди с акцентом, а все остальные, как правило, проигрывали. Фрэнк не собирался играть, даже если бы у него была такая возможность, его просто почему-то заинтересовал акцент участников.

– Мы представляем левое крыло движения «Гастролеры без границ», - ответил наиболее активный молодой человек на вопрос Фрэнка.

Это мало что сказало Фрэнку. Он не знал о таком движении, и тем более не подозревал о наличии у него левого крыла. Просто из любопытства, а не потому, что он вспомнил работу в редакции, Фрэнк поинтересовался:

– А каково направление деятельности вашего движения?

– Мы боремся с глобальной глобализацией, - бойко сказал молодой человек.

– А разве название вашего движения – я имею в виду слова «без границ» - не свидетельствуют о своего рода глобальном подходе?

Молодой человек не был способен разъяснить подмеченный Фрэнком нюанс, и оттого в его голосе послышались металлические нотки.

– Играть будете? Если нет, проходите и не мешайте мобилизации.

– Извините.

Фрэнк повернул в сторону моря. «Зря я сюда приехал. Я лишний на этом празднике жизни. Конечно, можно поиграть в пэйнтбол, но не будет ли это бегством от себя? Будет. Я могу много раз делать вид, что ничего не происходит. Много, но не бесконечно, так как я ограничен во времени, причем достаточно непродолжительным его отрезком. Мне надо найти решение, и, гуляя здесь, я должен не развлекаться, а искать решение. Никто не найдет его за меня. А еще лучше вернуться домой». Спустившись по ступенькам к воде и совершив почти ритуальное омовение лица, Фрэнк почувствовал некоторое физическое облегчение. Он еще и еще раз черпал в ладони морскую воду и смачивал лицо. Холодная вода окончательно сняла усталость, и Фрэнк бодрым шагом направился к месту, где оставил свою машину.

Вскоре его внимание привлек одиноко стоящий игральный автомат, похожий на один из тех, за которым в уже далекие годы Фрэнк гонялся за инопланетянами. Кляня ностальгию, Фрэнк приблизился к автомату, который при ближайшем рассмотрении оказался вовсе не игральным, во всяком случае, не вызывающим азарт. В пояснительной надписи говорилось, что назначением автомата является выдача рекомендаций к действию в какой-либо конкретной ситуации. Кроме того, было добавлено, что автомат находится в тестовом режиме, в связи с чем снимается всякая ответственность за выданные рекомендации, не в полной мере удовлетворяющие запросу.

Фрэнк уже давно отметил, что отдыхающих в это время года в Блэкпуле существенно меньше, чем летом, а там, где он обнаружил загадочный автомат, вообще никого не было. Случись это в людном месте, Фрэнк, скорее всего, постеснялся и прошел мимо, но сейчас имелась возможность самому протестировать это чудо техники. Аппарат был начисто лишен каких-либо органов управления за исключением одной лишь щели монетоприемника. Отсчитав требуемую сумму, Фрэнк опустил монеты в щель.

– Сформулируйте вашу проблему, - промолвил аппарат негромким голосом.

– Каким образом? – вырвалось у Фрэнка.

– Представьте, что вы разговариваете с собеседником, которому вы доверяете. Постарайтесь представить самого собеседника.

Голос был мужской и обладатель его, по-видимому, прожил на свете не менее шести десятков лет. Фрэнку пригрезилось, что он находится в исповедальне.

– Представил, - сказал Фрэнк.

– Хорошо, - ответил голос. – А теперь расскажите о том, что вас беспокоит.

Фрэнк на какой-то момент замялся.

– Не волнуйтесь, просто расскажите о том, что переполняет вашу душу, вне зависимости от того, радость это или печаль.

Тактичные высказывания, лившиеся из аппарата, настраивали на доверительную беседу, и Фрэнк решился.

– Я попал в крайне неприятную ситуацию.

– В чем ее суть?

– У меня проблема со временем…

– Продолжайте, пожалуйста. Чем больше деталей вы сообщите, тем более точными будут мои рекомендации.

– Видите ли, каждый раз, когда я просыпаюсь утром, я оказываюсь отброшенным… ну…

– Вы падаете по утрам с кровати?

– Это я образно… Я хотел сказать, что оказываюсь отброшенным на месяц назад.

– Ровно на месяц?

– Да, ровно на месяц.

– А что происходит с окружающими вас людьми, с вашими близкими?

– Я живу один, а что касается других людей, то, насколько я могу судить, у них такой проблемы нет.

– Одну минутку, я справлюсь с моей базой данных.

Фрэнк замер в нетерпении. Выражение «база данных» прозвучало так солидно, что он невольно проникся доверием к этому устройству.

– В базе данных обнаружился один случай, - после некоторой паузы сообщил голос. – Нечто похожее уже происходило в Стрэттоне.

Фрэнк был чрезвычайно возбужден.

– Чем там все закончилось?

– Имеется запись о том, что благодаря вовремя принятым мерам все завершилось благополучно.

– А какие меры были приняты? Что мне делать?

– Имеется запись о том, что были предприняты следующие меры…

Негромкий хлопок, раздавшийся внутри аппарата, и небольшое облачко дыма, вырвавшееся наружу, возвестили о том, что тестирование аппарата было завершено. Фрэнк чуть не взвыл от досады. Он уже предвкушал конец мучениям, но этот несостоятельный агрегат убил все его надежды. Собравшись с мужеством, Фрэнк решил отправиться домой как можно скорее. И он так бы поступил, если бы не новая надпись, обнаруженная на боковой стенке аппарата, предлагавшая в случае возникновения технических проблем обращаться по нижеприведенному адресу. Сообразив, что это не так далеко, Фрэнк почти бегом отправился за технической помощью.

По указанному адресу он обнаружил небольшое подсобное помещение, в углу которого за столом сидел пожилой мужчина лет шестидесяти. Мужчина был увлечен разгадыванием кроссворда и потому не обратил на Фрэнка никакого внимания.

– Там ваш ящик взорвался, - с некоторым вызовом поспешил сообщить Фрэнк.

Мужчина поднял голову и внимательным взглядом оценил Фрэнка.

– Джозеф, - поздоровался он.

– Очень приятно. Фрэнк. Там ваш ящик приказал долго жить.

Джозеф отложил кроссворд и пододвинул к себе толстую книгу, лежавшую на краю стола.

– Прошу уточнить, о ком или о чем идет речь, - сказал он.

– Я имею в виду аппарат, который обещает раздавать рекомендации, но в последний момент ломается или делает вид, что ломается.

– Рекомендации… рекомендации, - бормотал Джозеф, передвигая пальцем по страницам толстой книги. – Вот он! Посмотрим… Это новое устройство. Установлено две недели назад. Сломалось, говорите… Да, сломалось, и что? Оно регулярно ломается.

– Но, надо же предпринимать какие-то меры!

– А мы их и предпринимаем. Сейчас придет Дэвид, он его и починит.

– В очередной раз?

– Да, в очередной раз. А что? Есть предложение не чинить?

Глаза Фрэнка сузились от гнева.

– Я все понял, - чуть не вскрикнул он. – Я узнал ваш голос! Этот ящик говорил вашим голосом! А может, и не ящик вовсе. Это вы и говорили. Где у вас микрофон? Покажите микрофон!

Джозеф сокрушенно покачал головой.

– Фрэнк, послушайте старого человека. Он много повидал и имеет право сказать, что ошибается тот, кто смотрит на жизнь упрощенно. Я даже смею сказать, что он так и не понял жизни. Остерегайтесь, Фрэнк, однозначных оценок. Жизнь многообразна, и тот, кто пренебрегает этим фактом, обречен получать от нее сюрпризы.

– Джозеф, я уважаю ваш жизненный опыт, но к чему такое вступление? Это вы со мной разговаривали?

– Я обязан вам сказать, дорогой Фрэнк, что Дэвид большой умница.

– К черту Дэвида. Это вы прикинулись ящиком?

Джозеф посмотрел на Фрэнка с укоризной.

– Вы очень горячий молодой человек, Фрэнк. Но позвольте мне закончить мысль. Присядьте лучше.

Фрэнк сел на свободный стул и вяло настроился на объяснения Джозефа, притом что он уже порядком устал и хотел побыстрее очутиться дома.

– Так вот, изобретателем этого аппарата является Дэвид. Он, как я уже говорил, просто гений. Дэвид записал несколько мною сказанных фраз на носитель. Используя этот носитель, Дэвид синтезировал речь аппарата с учетом спектра моего голоса.

Хотя перед употреблением слов «носитель», «синтезировал» и «спектр» Джозеф заглядывал в толстую книгу, объяснение в целом выглядело правдоподобно.

– Когда придет этот Дэвид? – спросил Фрэнк.

– Должен быть с минуты на минуту. Вы торопитесь? Почему бы вам не попробовать попытать удачу завтра?

– Я приезжий.

– Вот оно что! Тогда придется ждать. Вот придет Дэвид, и вы сами убедитесь, что он чрезвычайно умен. Представляете, его аппарат распознает человеческие вопросы, анализирует их и ищет в базе данных ответы.

Выражение «база данных» тоже было почерпнуто из толстой книги, но Фрэнк уже не обращал на такие детали никакого внимания. Он размышлял, стоит ему ждать «гениального» Дэвида или отправиться восвояси.

– Фрэнк, скажите, вы смогли бы до такого додуматься? Я — нет.

Фрэнк подтвердил, что до такого даже он бы не додумался.

– А знаете, Фрэнк, какие у Дэвида гениальные планы? – переменил тему разговора Джозеф, включая одновременно свет, так как за окном заметно стемнело.

– Джозеф, а фамилия Дэвида случайно не Коровкин? - внезапно спросил Фрэнк.

Выяснилось, что Джозеф точно не знает фамилию Дэвида, но абсолютно уверен, что не Коровкин.

– А чем знаменит мистер Коровкин? – поинтересовался он.

– Он знаменит тем, что его долго ждали.

– Ха-ха. Это намек? И кто ж его ждал?

– Жители небольшого городка Степанчиково.

– Степанчиково? Это в каком графстве?

– Это в России.

– Фрэнк, вы меня поражаете. И откуда вам это стало известно?

– Об этом написал Достоевский.

Фрэнк встал, давая понять, что ему пора в дорогу.

– Жаль, что вы не дождались Дэвида – вам было бы интересно пообщаться с ним.

Фрэнк тоже выразил сожаление и открыл было дверь, но вопрос Джозефа остановил его.

– Фрэнк, а что, жители дождались мистера Коровкина?

Фрэнк утвердительно кивнул головой.

– И что мистер Коровкин? – не отставал заинтригованный Джозеф.

– Вы не поверите, Джозеф, но он был вдрызг пьян.

Перед выездом из Блэкпула Фрэнк остановился перед девушкой, которая попросила подбросить ее до Керби. «Сделаю доброе дело. Может, мне зачтется», - подумал Фрэнк и молча кивнул. Девушка села в машину и в первую очередь стала приводить себя в порядок от последствий внезапно усилившегося ветра. Фрэнк, находившийся под определенным впечатлением от общения с «ящиком», не обращал на попутчицу никакого внимания, и было даже похоже, что он забыл о ее существовании. Такое положение вещей не могло устроить девушку и спустя час она подала голос:

– Вы, вероятно, хотите сказать, что вам до меня нет никакого дела.

Фрэнк вздрогнул от неожиданности - он и впрямь слишком глубоко ушел в себя.

– Что? – переспросил он.

– Вы игнорируете меня?

«Этого мне еще не хватало», - подумал Фрэнк и вслух добавил:

– Вы о чем?

– Вы всю дорогу молчите!

– Вы находите это признаком дурного тона?

Фрэнк повернулся налево и удосужился разглядеть девушку. Разумеется, она была симпатичной, но Фрэнк не заострил на этом свое внимание, так как все еще пытался догадаться, что же все-таки не успел сказать ему «ящик».

– Дурного, ни дурного, а спросить, как меня зовут, думаю, вам по силам.

– Да, вы правы, это по силам. Ну, и как вас зовут?

– Наташа.

Фрэнк промолчал.

– Вас не удивило мое имя? – удивилась девушка.

– А почему оно должно было меня удивить? – в свою очередь удивился Фрэнк.

– А вы не находите, что оно не слишком английское?

– Вы хотите сказать, что вы не слишком англичанка?

– Глупо, это же глупо! – воскликнула девушка.

– Что именно? – не понял Фрэнк.

– Кто же так знакомится. Это ведь иррациональный подход!

Услышав такую лексику, Фрэнк не поленился посмотреть на девушку еще раз.

– Простите, у меня большие неприятности, - в примирительном тоне сказал он. - Думаю, вам не стоит на меня обижаться.

– Неприятности? Бросьте. Завтра все наладится.

– Вся беда в том, что кое для кого завтра не наступит никогда.

После некоторой паузы девушка вдруг закричала:

– Остановите! Остановите здесь! Мне надо выйти!

– Вам разве не в Керби?

– Я передумала! Да, прямо здесь! Все!

Девушка выскочила из машины и побежала в обратную сторону. Еще немного, и она скрылась в темноте. «Странная какая-то». Фрэнк пожал плечами и тронулся с места.