Соня Джелли

Виктор Коровкин

Глава 3

Новый день Фрэнк намеревался посвятить самоорганизации, то есть составлению плана своих действий на ближайшее будущее. Чтобы запастись энергией для этого мероприятия он отправился в «Санкт-Петербург».

– Добрый день, мистер Бэйли, - поздоровался официант.

– Ядрена вошь! - использовал свои познания Фрэнк, искренне считая, что к месту.

Официант понимающе улыбнулся. Ресторан ценил своего постоянного клиента и с вниманием относился к его индивидуальным особенностям.

Все было как всегда превосходно - душа и желудок испытывали блаженство. Чтобы продлить удовольствие Фрэнк даже повторил некоторые блюда. Но у него было много планов на сегодня, и Фрэнк с определенной неохотой засобирался. Он уже намеревался попрощаться, но произошла заминка.

– Извините, мистер Бэйли, но, с вашей кредитной карточкой какая-то проблема. Ничего страшного, всякое бывает. Ждем вас снова.

Фрэнк ужасно расстроился даже несмотря на понимание официанта.

– Этого не может быть, - пробормотал он. - Я сейчас же разберусь.

Он набрал номер банка и после идентификации получил подтверждение существования проблемы.

– Мне очень жаль, мистер Бэйли, но, похоже, что вы не открывали счет в нашем банке, - сообщил милый голос.

– Они что-то напутали! Я сейчас же еду в банк. Я непременно разберусь.

– Не сомневаемся, мистер Бэйли. Приходите к нам еще.

Дорогой в банк по Вэйкфилд Роуд Фрэнк лихорадочно пытался понять, что могло произойти, и как ему следует действовать. Ничего не придумав и решив, что пал жертвой какой-то неразберихи, Фрэнк обратился к мисс Брэддок, с которой он всегда общался, за разъяснениями. Мисс Брэддок крайне удивилась, что Фрэнк назвался клиентом банка.

– Мисс Брэддок, разве вы не помните меня? Меня зовут Фрэнк Бэйли. Еще в июне с вашей помощью я открыл счет в вашем банке и перечислил на него свой гонорар. Я, конечно, использовал часть средств, но уверяю вас, там еще достаточно. Посмотрите мой баланс, и вы согласитесь, что я прав.

– Мистер Бэйли, к моему большому сожалению, я не могу согласиться с вами, потому что, к моему большому сожалению, вы не открывали счет в нашем банке. В связи с этим ни о каком балансе речь идти не может.

– Мисс Брэддок, меня-то вы хоть помните? – взмолился Фрэнк.

– Нет. Сожалею.

В практике мисс Брэддок такого случая еще не было. Что ей оставалось думать? Можно было предположить, что перед ней мошенник. Можно было предположить, что перед ней сумасшедший. В любом случае, как человек, работающий в сфере, где точность и аргументированность превыше всего, она решила сделать упор именно на логику.

– Вы говорите, что открыли счет в июне. Верно?

– Да, да! – с жаром ухватился Фрэнк.

– Но ведь сейчас еще май по календарю.

– Как май? – Фрэнк почувствовал легкое головокружение.

– Сегодня девятое мая. Видите, мистер Бэйли, июнь еще не наступил, и, следовательно, вы не могли открыть счет. Думаю, что теперь вы со мной согласитесь, - с видимым спокойствием подытожила мисс Брэддок.

Фрэнк посмотрел на мисс Брэддок, обвел взглядом помещение. Он чувствовал, что с ним поступают несправедливо, и эта несправедливость непреодолимой силой навалилась на него всей своей тяжестью. Он чувствовал, что проигрывает этой несправедливости, и что помощи ждать не приходится.

– Не верю, - прошептал он.

– Позвоните кому-нибудь из своих знакомых, - терпеливо увещевала мисс Брэддок.

«Действительно», - подумал Фрэнк с некоторой надеждой. - «Позвоню Роберту».

– Привет, Фрэнк. Куда ты пропал? Тут такие новости!

– Привет. Какие новости?

– Достигнута договоренность с «Брун Бэй» о дополнительном тираже.

– Роберт, подожди.

– Ты вроде и не рад. Хорошо, жду.

– Роберт, пойми меня правильно, но мне необходимо узнать, какое сегодня число.

– Э-э… Фрэнк… Мне кажется, я выполняю все свои обязательства вовремя…

– Нет, ты просто скажи какое сегодня число.

– Ну, девятое.

– Роберт, не пользуйся моим состоянием, пожалуйста. Когда я спрашиваю число, я хочу узнать и месяц тоже.

Последняя фраза Фрэнка насторожила мисс Брэддок. Она все больше склонялась к версии душевного расстройства у этого человека.

– Сегодня девятое мая.

– Девятое мая? Ты уверен?

– Абсолютно. А что случилось?

– Роберт… Я потом перезвоню, - Фрэнк чувствовал, что земля, на которой еще недавно он так крепко стоял, уходит у него из-под ног.

– Мистер Бэйли, - вновь вступила в разговор мисс Брэддок. – Если вы надумаете открыть банковский счет, то знайте, наш банк всегда к вашим услугам.

Приняв молчание Фрэнка за заинтересованность, мисс Брэддок продолжила:

– А знаете, почему наш банк это лучший выбор? Потому что большинство банков заботят деньги, а наш банк заботят люди. Мы полагаем, что банковские услуги прежде всего для вас, а не для нас. Это ваши деньги. Вы – прежде всего. Уважение к индивидуальности – вот наша философия. Не важно, это ежедневные банковские услуги или получение кредита - вы в центре внимания.

Фрэнк издал какой-то звук, напоминавший стон.

– Благодарю вас, - с трудом произнес он. – Мне надо подумать.

Он имел в виду, что он раздавлен, что ему надо понять, что происходит. Иначе поняла мисс Брэддок. В качестве последнего аргумента она сообщила о бонусе в тридцать фунтов, если Фрэнк откроет счет через Интернет.

– Тридцать фунтов?

– Да.

Фрэнк молча встал и, покачиваясь, вышел. Мисс Брэддок вздохнула с облегчением, считая, что еще раз доказала, что деньги заботят банк постольку поскольку, а главным для него является человеческая индивидуальность.

Фрэнк стоял посреди тротуара, мешая прохожим и слыша недовольное бурчание в свой адрес. Они все куда-то спешили. «Им нет никакого дела до меня. Да, мы все человеческие индивидуальности». Фрэнк понуро побрел вдоль улицы. «Может, в мире происходит нечто особое, а я замкнулся в себе и не вижу этого»? Отсчитав мелочь, Фрэнк купил газету. Пробежав ее взглядом, он не обнаружил ничего, выходящего за рамки. Только описываемые события показались ему очень знакомыми. «Дежавю».

Внезапно Фрэнк остановился как вкопанный и вовсе не потому, что газета была датирована девятым мая, а потому, что он отчетливо вспомнил, что вчерашние газеты были за девятое июня. Значит, дело не в том, что Фрэнк забыл текущую дату. Все гораздо серьезнее. «Может, я не прав по поводу девятого июня? Может, померещилось? Как убедиться? Я же не выбросил вчерашние газеты! Тогда все доказательства находятся дома». Фрэнк бросился искать свою машину. Он долго и безуспешно жал на брелок, пытаясь открыть дверь, пока не понял, что это чужой автомобиль. Хорошо, что его не успели принять за угонщика. Когда же Фрэнк вспомнил, что он приезжал в банк, его поиски приняли более упорядоченный характер.

«Если этот кошмар подтвердится, я пропал. Я уже не писатель и даже не журналист, я просто нищий». Такой удар был слишком чувствителен для Фрэнка, разум его потускнел, а тело тихо опустилось на землю. Фрэнк оказался в сидячем положении только благодаря тому, что его спина опиралась на дверь на этот раз уже его машины. Злосчастная газета упала перед ним.

Из небытия Фрэнка вывел какой-то металлический звон. Фрэнк огляделся. Прохожие по-прежнему спешили по своим делам, но Фрэнк напрасно решил, что никому до него нет никакого дела. Напрасно, потому что на его глазах какая-то девушка, отделившись от потока и приблизившись к Фрэнку, что-то бросила перед ним, в результате чего раздался уже знакомый металлический звон. Фрэнк опустил голову и увидел на лежавшей перед ним газете кучку монет разного достоинства. Фрэнк не успел оценить это происшествие, как к нему обратилась пожилая женщина.

– Прошу прощения, если побеспокою. Вы не похожи на настоящего нищего. Но раз вы решились на такое, я полагаю, обстоятельства пересилили вас. Ведь так?

– В некотором роде, - выдавил Фрэнк, пытаясь подняться на ноги.

– Давайте я вам помогу, - вызвалась женщина, поддерживая Фрэнка под локоть.

– Большое спасибо, я сам, - пробормотал Фрэнк.

Поднявшись и в первом приближении отряхнувшись, Фрэнк сделал несколько неуверенных шагов по тротуару.

– Постойте, а деньги? – окликнула женщина. – Вы их заработали, и не надо этого стесняться.

Фрэнк оглянулся. Деньги по-прежнему лежали на газете, но только сейчас Фрэнк обратил внимание, что газета лежит в непосредственной близости от его машины, что только осложняло ситуацию, в которую он попал. От осознания того, что он заработал деньги, прося милостыню, его бросило в жар. Он представил, что среди проходивших мимо могли быть люди, знавшие его по работе в редакции, или, что еще хуже, узнавшие его после публикации романа. «Какой позор!» - ужаснулся Фрэнк. – «Однако эта добрая самаритянка не отпустит меня, если я не возьму деньги. Но, взяв деньги, я не смогу сесть в машину! Это будет неминуемый скандал».

Не дожидаясь, пока Фрэнк примет то или иное решение, женщина собрала все деньги, завернула их в газету и протянула Фрэнку. Фрэнк медлил, щеки его пылали. Наконец, чтобы разом покончить с этим недоразумением, Фрэнк почти выхватил сверток с деньгами и быстро сунул его в карман.

– Благодарю, - промолвил он и повернулся, чтобы уйти. О машине можно было на время забыть.

– Послушайте меня. Я вижу, вы нуждаетесь в помощи. В таком состоянии вам требуется участие. Вас как зовут?

– Фрэнк, - ответил Фрэнк, не будучи до конца уверенным, что ему требуется именно такое участие.

– Очень хорошо. Зовите меня миссис Вилтон. Знаете, почему попавшим в беду людям требуется участие? Думаю, что нет. Думаю, что не знаете. А знаете ли вы статистику самоубийств? А причины самоубийств? Не знаете… Очень хорошо. В том смысле, что я введу вас в курс дела.

Когда было произнесено слово «самоубийство», Фрэнк невольно вздрогнул. Он никогда ни при каких обстоятельствах не доходил до размышлений на эту тему, но напоминание о таком способе решения проблем в данной ситуации было глубоко символично.

– Так вот, главное не замыкаться в себе. Необходимо выговориться, дать волю своим чувствам. При этом, Фрэнк, заметьте, вашим собеседником должен стать тактичный человек, способный понять вас и направить ваши мысли в нужном направлении. Таким человеком может быть только профессиональный психоаналитик. Мы как раз и направляемся к нему. Это доктор Вилтон.

Влекомый миссис Вилтон, Фрэнк вошел в какую-то дверь. Навстречу появился пожилой мужчина, по возрасту сопоставимый с миссис Вилтон. Он поприветствовал вошедших и предложил присесть. Фрэнк согласился с предложением и опустился на мягкий уютный диван. Миссис Вилтон продолжала стоять.

– Доктор Вилтон, это Фрэнк. У него большие неприятности и он нуждается в вашей помощи. Фрэнк, я надеюсь, вы с пользой проведете время наедине с доктором Вилтоном.

С этими словами миссис Вилтон удалилась.

– Итак, молодой человек, приступим. Расскажите, что вас волнует, и я постараюсь найти адекватный подход к решению вашей проблемы. Только чистосердечное признание облегчит Вашу душу. Извините, это шутка.

Фрэнк замялся. Он не знал, что, в каком порядке и до какой степени детализации надо рассказывать. Он вообще не был уверен, что ему следовало идти на этот прием.

– Дело в том, что я купил вчера газету…

– Так-так, - доктор сделал вид, что серьезно заинтересовался сказанным. – Продолжайте, прошу вас. Вы купили газету и, по всей видимости, начали ее читать. Я прав?

– Да, я ее прочитал. Не все, конечно, а только то, что меня интересовало.

– Разумеется! Итак, вы прочитали то, что вас интересовало. Кстати, а что вас интересовало?

– Ну…

– Смелее, не стесняйтесь. Может, вас интересовали какие-нибудь пикантные подробности из жизни светского общества?

– Вовсе нет, я искал рецензии на мой роман, - смутился Фрэнк.

– Значит, я разговариваю с настоящим писателем? – воскликнул доктор Вилтон и отчего-то радостно стал потирать руки.

Фрэнк заметил реакцию доктора и окончательно стушевался.

– В этом есть что-то ненормальное? – упавшим голосом поинтересовался он.

– Напротив! Известные писатели, великие политические деятели, полководцы – это все достаточно типично.

– Простите, вы хотите сказать, что я сошел с ума?

Негодованию Фрэнка не было предела, но доктору Вилтону удалось убедить его, что имелось в виду нечто совсем иное, а вовсе не то, о чем Фрэнк так опрометчиво подумал. Убедить оказалось легко, потому что Фрэнк и сам затруднялся определиться с тем, о чем он думает в последнее время. Кроме того, версия о сумасшествии уже и Фрэнку не казалась такой уж фантастической.

– Продолжайте, Фрэнк, - подбодрил доктор Вилтон. – Что же необычного вы узнали из газеты?

– Дату выпуска тиража.

– Извините, не понял.

– Газета была датирована девятым июня.

– И?

Фрэнк стал терять терпение, ибо он не мог взять в толк, что здесь было непонятным.

– Сегодня же девятое мая! – сказал он.

– Тогда… Тогда смею предположить, что вам попала в руки старая газета.

– Это как?

– Очень просто! Вы читали прошлогоднюю газету.

– К сожалению, вы не правы. Это была свежая газета.

– Да? Тогда имеет право на существование версия номер два.

– Что вы имеете в виду?

– Ну… вы же знаете эти издательства. Им допустить опечатку ничего не стоит. И вам не стоит принимать это близко к сердцу.

Беседа принимала бестолковый характер, но Фрэнк решил использовать последнюю возможность. Он вспомнил о газете, которую купил сегодня.

– А как вы объясните это?

– Что именно?

Разворачивая газету, Фрэнк выронил монеты, которые завернула в нее миссис Вилтон. Часть монет со звоном скатилась со стола на пол.

– Я вам помогу, - вызвался доктор.

Фрэнку ничего не оставалось, как присоединиться к поискам, хотя он и не видел в этом никакой необходимости.

– Вот, все что удалось найти, - сказал доктор Вилтон, поднявшись и кладя на стол деньги. – Пересчитайте.

– Спасибо, но в этом нет смысла, так как я не знаю, сколько было.

– Вот как? А вы не находите, что носить мелочь удобнее в кошельке или в кармане, на худой конец.

– Это своеобразные деньги, - опрометчиво парировал нравоучение Фрэнк.

– В чем же их своеобразие?

– Это милостыня, которую мне дали прохожие.

Если бы Фрэнк захотел завершить беседу раньше, раньше ему и надо было сказать эту фразу. Доктор как-то сразу изменился. Он что-то пробормотал в адрес миссис Вилтон, судя по тону, нечто не очень лестное. При этом он то ли сосредоточенно, то ли, наоборот, рассеянно стал изучать потолок, как если бы он пытался найти там разгадку мучившей Фрэнка проблемы.

– Доктор, - спустя некоторое время напомнил о своем существовании Фрэнк, еще не понявший резкой перемены, произошедшей с психоаналитиком.

Доктор Вилтон наконец оторвал свой взгляд от потолка и переместил его на Фрэнка.

– Видите ли, Фрэнк, - наконец произнес он, - Ваш случай, судя по всему, не из легких. Анализируя все, что вы рассказали, я пришел к выводу, что вам требуется курс реабилитации. Считаю своим долгом предупредить вас, что курс этот будет длительным и может потребовать немалых расходов… с вашей стороны.

После этих слов настала очередь Фрэнка изучать устройство комнаты, но он в отличие от доктора Вилтона решил сосредоточиться лишь на противоположной к нему стене. На ней в окружении нескольких картин висел какой-то документ, очевидно имеющий цель подтвердить квалификацию доктора Вилтона.

– Вы меня поняли, Фрэнк?

Фрэнк посмотрел на доктора и неожиданно спросил:

– Доктор Вилтон, скажите, пожалуйста, а кем вам приходится миссис Вилтон?

Было очень похоже, что вопрос застал доктора врасплох.

– Миссис Вилтон… она… да, она просто добрая женщина.

Фрэнк встал, вернул лежавшие на столе монеты туда, откуда они выпали, после чего положил сверток в карман.

– Было приятно с вами познакомиться, - произнес Фрэнк, поворачиваясь спиной к доктору Вилтону.

– Взаимно, Фрэнк. Если у вас будет возможность, предлагаю начать курс реабилитации как можно раньше. С этим нельзя тянуть. Осложнения в виде всевозможных синдромов более чем вероятны.

Фрэнк нашел в себе силы дослушать доктора до конца, после чего вышел на улицу. Оценив произошедшие как досадное недоразумение, он решил поскорее отправиться домой, чтобы найти вчерашнюю газету. Факт должен быть установлен или опровергнут окончательно. Только после этого можно будет делать какие-то выводы.

Уже сидя в машине, Фрэнк заметил миссис Вилтон, которая вела под руку женщину, потерянный вид которой свидетельствовал о том, что курс реабилитации доктора Вилтона был бы и в этом случае как нельзя кстати. Фрэнк тронул автомобиль с места.

Около дома по уже сложившейся традиции Фрэнк «случайно» столкнулся с Вильямом Найтингейлом.

– Добрый вечер, Вильям, - первым начал Фрэнк, так как предположил, что сосед мог бы прояснить ситуацию.

– Добрый вечер, а, простите, с кем имею честь разговаривать? Постойте, я почти догадался – вы наш новый сосед.

Фрэнк был удручен короткой памятью Вильяма, но отступать было нельзя – слишком уж важный вопрос его волновал.

– Совершенно верно. Я, как вы уже знаете, занимаюсь литературным трудом…

– О! Вы пишите книги?

– Да, знаете ли, питаю к этому определенную слабость.

– О! Я должен обязательно сообщить об этом супруге!

– Да она уже знает обо мне, - почти оборвал возгласы восхищения Фрэнк, не желавший тратить время попусту.

– Простите, как вас понимать? – озаботился Вильям.

Фрэнк осознал оплошность и, как мог, постарался выправить положение.

– Я полагаю, что ваша супруга интересуется книжными новинками?

– Это так. Я бы сказал даже…

– Раз так, она не могла не прочесть и мой роман и, таким образом, познакомиться с автором, то есть со мною… Так сказать, узнала мою жизненную позицию…

– Понимаю, - задумчиво произнес Вильям, пораженный стройностью и убедительностью сказанного Фрэнком.

– Прекрасно, в связи с этим у меня есть к вам один вопрос.

– Готов помочь, чем смогу, - обрадовался Вильям. Ему было приятно, что известный писатель обращается к нему за помощью.

– Прекрасно. Я последнее время так много писал - в таких случаях говорят «ушел с головой в работу», что, поверите или нет, потерял счет времени.

– Верю! – с жаром воскликнул Вильям.

– Тогда скажите… пожалуйста… который сегодня день…

Фрэнк внутренне сжался в ожидании ответа и смотрел на Вильяма почти умоляюще. «Бедняга. Заработался. Совсем не бережет себя», - решил про себя Вильям.

– Сегодня девятое мая, - с чувством, что оказал неоценимую услугу, произнес он.

Фрэнк вздрогнул, но нашел в себе силы поблагодарить Вильяма и неуверенной поступью вошел в дом. Газету не пришлось долго искать – она лежала на столе. Фрэнк действительно не ошибался – газета была датирована девятым июня. Версия доктора Вилтона также провалилась – в газете он обнаружил репортажи и заметки о реальных событиях, произошедших в начале июня.

«Бред. У меня сегодня что-то не в порядке с головой. Допускаю, что я переутомился. Мне надо просто выспаться, хорошенько выспаться. Да, просто выспаться». Подбадривая себя таким образом, Фрэнк принял душ и лег спать.